Как-то интересно действует профилактика коронавируса на руководство Следственного комитета России. К примеру, вчера СК заявил, что в сети стали появляться видео о дистанционном обучении с кадрами издевательств и «пранками» в отношении педагогов. СК России во взаимодействии с Министерством просвещения намерен отслеживать подобные деструктивные материалы для установления всех причастных к их распространению лиц и последующей правовой оценки их действий на предмет наличия признаков уголовно наказуемого деяния.

Наверное, я слишком отстал от правоприменительной практики, потому что не могу сообразить: признаки какого именно преступления будут искать в данных случаях следователи СК? Какой состав образуют пранки в отношении педагогов? Что такое «деструктивные материалы» с точки зрения законодательства? Я тоже категорически против издевательств над преподавателями в сети, но причем тут СК и Уголовный кодекс? Использовать процессуальные проверки как средство профилактики деяний, заведомо не содержащих состава преступления, это плохая затея как с точки зрения закона, так и здравого смысла.

При этом отслеживать «деструктивные материалы» следователи СК будут не прекращая акции «Без внимания не останутся» по оказанию помощи подшефным школам-интернатам и домам-интернатам для престарелых и инвалидов, занимаясь поддержкой пожилых людей, а также проводя постоянный мониторинг соцсетей по выявлению фейков о коронавирусе, и проводя процессуальные проверки по всякой не относящейся к подследственности СК ерунде. Короче, занимаясь всем, чем угодно, только не своей непосредственной задачей – расследованием уголовных дел.