Обдумываю мысль, которая пришла мне, когда мы ехали в грузовике: двойная структура общества. В ответ на созданную государством плотную полицейско-сыскную сеть граждане выстроило свою — из гражданских активистов, уважаемых лиц, религиозных иерархов. И она постепенно обрастает военизированными подразделениями, сформированными из армейских отказников, объединившихся в Свободную армию. Вторая — гражданская — структура противостоит первой, одновременно как бы обволакивая и поглодав её (дезертиры и информаторы из армии и мухабарат). Когда передвигаешься по стране, эта двуслойность становится особенно заметной: постоянные пересадки с машину на машину, бесконечные посредники, явочные квартиры, беспроводная связь по телефону во избежание неприятных неожиданностей.

Можно представить дело так, что сирийское общество пребывает в состоянии раздвоенности, что две общины живут в стране бок о бок, находясь в состоянии смертельного, неразрешимого конфликта. До революции пассивное сопротивление режиму тоже было, но люди оставались встроенными в структуру общества, были связаны с ней многочисленными нитями. Теперь же гражданский слой окончательно отделяется от государственного, обрывая одну за другой оставшиеся связи. Возникшие сообщества не могут мирно сосуществовать и будут бороться не на жизнь, а на смерть. Одно из них должно быть разрушено, а его осколки будут перемолоты теми, кто выживет.

— Джонатан Литтелл

Хомские тетради: записки о сирийской войне 16 января - 2 февраля 2012