Как если бы мне ещё не хватало, посмотрел в ЦДК замечательное документальное кино Сергея Лозницы «Бабий Яр. Контекст».
Сухая нарезка кинохроники (внахлёст фашистской и советской; порой люди с киноаппаратами снимают одну и ту же местность в течение нескольких дней), идеально озвученной шумовыми саундскейпами: рычание моторов, лязганье металла, звуки выстрелов и огня, аплодисменты и радость толп, неразборчивые крики и смех.
Это озвучание творит настоящее чудо. Когда все пустились раскрашивать старые чёрно-белые фильмы и фотографии, уверяя, что цветные люди кажутся современному зрителю ближе, я только пожимал плечами: то ли я недостаточно визуал, то ли достаточно древний, раскрашенный Штирлиц или Рет Батлер для меня лично ничем не отличается от своего двойника в оттенках серого. А вот звук в хронике стремительно вдвигает зрителя головой в экран, возвращает кинокадрам их (проблемный) статус (проблемного) документа.
При том, что технически я от фильма в совершенном восторге — ну, то есть, как в восторге? так в восторге, как от музея Яд Вашем, например: это объект, который безошибочно и безжалостно погружает тебя в чудовищное переживание — к сценарной части у меня есть вопросики. Я, наверное, понимаю, зачем это могло бы быть нужно было фонду музея "Бабий Яр" (основному спонсору и заказчику фильма), но почему с точки зрения вечности Лозница начинает монтаж хроники с июня 1941 года, а не, скажем, с августа 1939, для меня осталось не очень объяснимым. С удовольствием, в общем говоря, поглядел бы приквел. Или пару приквелов.
Вообще, на таких примерах особенно заметно, что разговор о примерно любом фрагменте Второй мировой войны в большой мере бессмыслен без разговора о Первой (Великой) войне и отдельно об interbellum

Фильм в сети доступен, к просмотру настоятельно рекомендую, предупреждаю, что эффект очень сильный и тяжёлый. Тем не менее: если есть такая возможность, поглядите в кинотеатральном зале.