Когда в наше время речь заходит об экономике, спор идёт почти всегда между сторонниками рыночной и плановой моделей. Если уж выбор возможен только среди этих двух вариантов, то я бы ответил так: социализм унаследовал не только большинство проблем капитализма, но ещё и добавил к ним новые.

Критика капитализма слева обычно строится на том, что наёмный работник не обладает правом собственности на готовую продукцию и средства производства, а лишь получает повременную оплату, и как следствие — не заинтересован в эффективности собственной работы и бережном отношении к фондам предприятия. Всё это вынуждает предпринимателя к созданию системы принуждения работника — всевозможных штрафов, увольнений "по статье" и тому подобного, что принято называть дисциплинарной ответственностью.

Социализм, впрочем, никак не разрешает это противоречие между рабочим и нанимателем, но ещё и добавляет к нему крайне неповоротливую бюрократическую систему управления. Предприниматель заменяется на назначаемого управленца, что приводит к забавной ситуации: если при капитализме демотивированным оказывается только работник, то при социализме — и работник, и его руководитель. Поскольку управленец-технократ также не обладает эксклюзивными правами на продукцию и средства производства, у него остаётся два основных стимула к работе: коррупционный и карьеристский. Он либо понемногу извлекает прибыль из своего положения в ущерб предприятию, либо стремится к выполнению формальных показателей и созданию хорошей картины для начальства, дабы получить повышение и уйти на более значимую должность.

На такого рода проблемы управления и обращают внимание критики социализма справа. Однако и тут надо заметить, что они характерны не именно для плановой экономики, а для любый больших систем, вроде тех же транснациональных корпораций. Наиболее часто упоминаемые из них: нехватка обратной связи, при которой информация снизу просто не доходит до высокопоставленных менеджеров; локальные интересы — когда менеджеры отдельных подразделений заинтересованы в сохранении своих позиций, даже если их направление убыточно и бесперспективно в целом для корпорации; нерациональное расходование ресурсов; отсутствие гибкости и способности реагировать на изменения внешних условий, и многие другие.

На это, конечно, многие возразят, что государственный сектор расходует общие деньги, а корпорации — частные, и в случае неэффективного управления они просто обанкротятся. Однако тут мы сталкиваемся с таким явлением как "too big to fail" – "слишком большие чтобы рухнуть". Некоторые корпорации настолько огромны, что их крах может привести к губительным последствиям для экономики в целом и значительным социальным потрясениям, из-за чего государство будет до последнего заниматься их спасением. Выражаться это может как в прямом предоставлении государственных средств, так и всевозможных тендеров или льгот. Таким образом, современный монополистический капитализм теряет многие преимущества капитализма раннего, и довольно близко приближается по степени своей бюрократизации к плановой системе.

В общем и целом нас подводят к выводу, что из двух зол надо выбирать меньшее, то есть капитализм, который ещё сохранил некоторую степень своей былой свободы. Другой вопрос: а почему, собственно, выбор есть лишь из двух вариантов? На мой взгляд, и ту и другую систему вполне можно критиковать с позиций традиционной экономики, в которой человек действительно может работать на себя, а не на капиталиста или государство. Как её основные черты я бы выделил: широко распределённое обладание землёй и средствами производства; самозанятость либо малые размеры предприятий; большое количество покупателей и продавцов на рынке, что максимально приближает его к ситуации свободного образования цен; значительная доля натурального хозяйства и использование бартерного обмена; большое разнообразие продукции за счёт сильной децентрализации производства.